Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /var/www/c2781059/data/www/skazochnymir.ru/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /var/www/c2781059/data/www/skazochnymir.ru/engine/modules/show.full.php on line 343 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /var/www/c2781059/data/www/skazochnymir.ru/engine/classes/templates.class.php on line 60 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /var/www/c2781059/data/www/skazochnymir.ru/engine/classes/templates.class.php on line 64 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /var/www/c2781059/data/www/skazochnymir.ru/engine/classes/templates.class.php on line 72 Огневушка-поскакушка
 

В МИРЕ СКАЗОК

      Сборник сказок народов мира

 

Сказки
народов мира


Популярные
сказки

Домой » П.П. Бажов. собрание сочинений в трех томах » Огневушка-поскакушка

Новенькое
на сайте

Снегурочка

Двенадцать месяцев

Морозко

По щучьему велению

Иван-царевич и серый волк

Огневушка-поскакушка

18-06-2011 П.П. Бажов. собрание сочинений в трех томах


Сидели  раз  старатели  круг  огонька  в лесу. Четверо больших, а пятый парнишечко. Лет так восьми. Не больше. Федюнькой его звали.
Давно  всем  спать  пора,  да  разговор  занятный  пришелся. В артелке, видишь,  один  старик  был.  Дедко Ефим. С молодых годов он из земли золотую крупку  выбирал.  Мало  ли  каких случаев у него бывало. Он и рассказывал, а старатели слушали.
Отец уж сколько раз говорил Федюньке:
- Ложился бы ты, Тюньша, спать!
Парнишечку охота послушать.
- Погоди, тятенька! Я маленечко еще посижу.
Ну,  вот...  Кончил  дедко Ефим рассказ. На месте костерка одни угольки остались, а старатели все сидят да на эти угольки глядят.
Вдруг из самой  серединки  вынырнула  девчоночка  махонькая.  Вроде кукленки,  а  живая.  Волосенки  рыженькие,  сарафанчик голубенький и в руке платочек, тоже сголуба.
Поглядела  девчонка  веселыми глазками, блеснула зубенками, подбоченилась, платочком махнула и пошла плясать. И так у ней легко да ловко выходит,  что  и  сказать  нельзя.  У  старателей дух захватило. Глядят - не наглядятся, а сами молчат, будто задумались.
Девчонка  сперва  по  уголькам  круги  давала, потом, - видно, ей тесно стало,  -  пошире пошла. Старатели отодвигаются, дорогу дают, а девчонка как круг  пройдет,  так  и подрастет маленько. Старатели дальше отодвинутся. Она еще  круг  даст и опять подрастет. Когда вовсе далеко отодвинулись, девчонка по  промежуткам  в охват людей пошла, - с петлями у ней круги стали. Потом и вовсе  за  людей  вышла  и опять ровненько закружилась, а сама уже ростом, с Федюньку.  У большой сосны остановилась, топнула ножкой, зубенками блеснула, платочком махнула, как свистнула:
- Фи-ть-ть! й-ю-ю-у...
Тут филин заухал, захохотал, и никакой девчонки не стало.
Кабы  одни большие сидели, так, может, ничего бы дальше и не случилось. Каждый, видишь, подумал:
"Вон  до  чего  на  огонь загляделся! В глазах зарябило... Неведомо что померещится с устатку-то!"
Один Федюнька этого не подумал и спрашивает у отца:
  - Тятя, это кто?
Отец отвечает:
- Филин. Кому больше-то? Неуж не слыхал, как он ухает?
-  Да не про филина я! Его-то, поди-ка, знаю и ни капельки не боюсь. Ты мне про девчонку скажи.
- Про какую девчонку?
- А вот которая на углях плясала. Еще ты да и все отодвигались, как она широким кругом пошла.
Тут  отец и другие старатели давай доспрашивать Федюньку, что он видел. Парнишечко рассказал. Один старатель еще спросил:
- Ну-ко, скажи, какого она росту была?
-  Сперва-то  не больше моей ладошки, а под конец чуть не с меня ростом стала.
Старатель тогда и говорит:
- А ведь я, Тюньша, точь-в-точь такое же диво видел.
Федюнькин  отец  и  еще  один старатель это же сказали. Один дедко Ефим трубочку сосет и помалкивает. Старатели приступать к нему стали.
- Ты, дедко Ефим, что скажешь?
-  А  то  и  скажу,  что  это  же видел, да думал - померещилось мне, а выходит - и впрямь Огневушка-Поскакушка приходила.
- Какая Поскакушка?
Дедко Ефим тогда и объяснил:
-  Сдыхал,  дескать, от стариков, что есть такой знак на золото - вроде маленькой  девчонки,  которая  пляшет. Где такая Поскакушка покажется, там и золото.  Не сильное золото, зато грудное, и не пластом лежит, а вроде редьки посажено.  Сверлу,  значит, пошире круг, а дальше все меньше да меньше и на- нет сойдет. Выроешь эту редьку золотого песку - и больше на том месте делать нечего.  Только  вот  забыл  в  котором  месте  ту  редьку искать: то ли где Поскакушка вынырнет, то ли где она в землю уйдет.
Старатели и говорят:
-  Это  дело  в  наших  руках.  Завтра  пробьем  дудку  сперва на месте костерка,  а  потом  под  сосной  испробуем.  Тогда и увидим, пустяшный твой разговор или всамделе что на пользу есть.
С  этим и спать легли. Федюнька тоже калачиком свернулся, а сам думает: "Над чем это Филин хохотал ?"
Хотел у дедка Ефима спросить, да он уже похрапывать принялся.
Проснулся  Федюянька на другой день позднехонько и видит - на вчерашнем огневище  большая  дудка вырыта, а старатели стоят у четырех больших сосен и все говорят одно:
- На этом самом месте в землю ушла.
Федюнька закричал:
-  Что  вы!  Что вы, дяденьки! Забыли, видно! Вовсе Поскакушка под этой вот сосной остановилась... Тут и ножкой притопнула.
На старателей тут сомненье пришло.
-  Пятый  пробудился - пятое место говорит. Был бы десятый - десятое бы указал. Пустое, видать, дело. Бросить надо.
Все  ж  таки  на  всех  местах испытали, а удачи не вышло. Дедко Ефим и говорит Федюньке:
- Обманное, видно, твое счастье.
Федюньке это нелюбо показалось. Он и говорит:
- Это, дедо, филин помешал. Он наше счастье обухал да обхохотал.
Дед Ефим свое говорит:
- Филин тут - не причина.
- А вот и причина!
- Нет, не причина!
- А вот и причина!
Спорят  так-то  вовсе  без  толку, а другие старатели над ними да и над собой смеются:
-  Старый  да  малый,  оба  не  знают,  а мы, дураки, их слушаем да дни теряем.
С  той  вот  поры  старика и прозвали Ефим Золотая редька, а Федюньку - Тюнькой Поскакушкой. Ребятишки заводские узнали, проходу не дают. Как увидят на улице так и заведут:
-  Тюнька  Поскакушка! Тюнька Поскакушка! Про девчонку скажи! Скажи про девчонку!
Старику  от прозвища какая беда? Хоть горшком назови, только в печку не ставь.  Ну,  а  Федюньке  по  малолетству обидно показалось. Он и дрался, и ругался, и ревел не раз, а ребятишки пуще того дразнят. Хоть домой с прииска не  ходи.  Тут еще перемена жизни у Федюньки вышла. Отец-то у него на второй женился. Мачеха попалась, прямо сказать, медведица. Федюньку и вовсе от дома отшибло.
Дедко Ефим тоже не часто домой с прииска бегал. Намается за неделю, ему и  неохота  итти, старые ноги колотить. Да и не к кому было. Один жил. Вот у них  и  повелось.  Как суббота, старатели домой, а дедко Ефим с Федюнькой на прииске останутся.
Что  делать-то?  Разговаривают  о том, о другом. Дедко Ефим рассказывал побывальщины  разные,  учил  Федюньку, по каким логам золото искать и протча тако.  Случалось, и про Поскакушку вспомнят. И все у них гладко да дружно. В одном  сговориться  не  могут.  Федюнька  говорит,  что  филин  всей неудаче причина, а дедко Ефим говорит - вовсе не причина.
Раз  так-то заспорили. Дело еще на свету было, при солнышке. У балагана все-таки  огонек  был  -  от комаров курево. Огонь чуть видно, а дыму много. Глядят  -  в дыму-то появилась махонькая девчонка. Точь-в-точь такая же, как тот  раз,  только  сарафанчик  потемнее  и  платок  тоже. Поглядела веселыми глазками,  зубенками  блеснула, платочком махнула, ножкой притопнула и давай плясать.
Сперва
круги  маленькие  давала,  потом  больше  да  больше,  и  сама подрастать  стала.  Балаган на пути пришелся, только это ей не помеха. Идет, будто  балагана  и  нет. Кружилась-кружилась, а как ростом с Федюньку стала, так
и  остановилась  у  большой  сосны.  Усмехнулась,  ножкой  притопнула, платочком махнула, как свистнула:
- Фи-т-ть! й-ю-ю-у...
И сейчас же филин заухал, захохотал. Дедко Ефим подивился:
- Откуда филину быть, коли солнышко еще не закатилось?
-  Видишь  вот! Опять филин наше счастье спугнул. Поскакушка-то, может, от этого филина и убежала.
- А ты разве видел Поскакушку?
- А ты разве не видел?
Начали  они  тут друг дружку расспрашивать, кто что видел. Все сошлось, только  место,  где  девчонка в землю ушла, у разных сосен указывают. Как до этого договорились, так дедко Ефим и вздохнул:
- О-хо-хо! Видно, нет ничего. Одна это наша думка.
Только  сказал, а из-под дерна по балагану дым повалил. Кинулись, а там жердник  под дерном затлел. По счастью, вода близко была. Живо залили. Все в сохранности  осталось.  Одне  дедовы  рукавицы  обгорели.  Схватил  Федюнька рукавицы  и видит - дырки на них, как следочки от маленьких ног. Показал это чудо дедке Ефиму и спрашивает:
- Это, по-твоему, тоже думка?
Ну, Ефиму податься некуда, сознался:
-  Правда твоя, Тюньша. Знак верный - Поскакушка была. Придется, видно, завтра опять ямы бить - счастье пытать.
В воскресенье и занялись этим с утра. Три ямы вырыли - ничего не нашли. Дедко Ефим жаловаться стал:
- Наше-то счастье - людям смех.
Федюнька опять вину на филина кладет:
-  Это  он,  пучеглазик,  наше  счастье обухал да обхохотал! Вот бы его палкой!
В  понедельник  старатели  прибежали  из  заводу.  Видят - свежие ямы у самого балагана. Сразу догадались, в чем дело. Смеются над стариком-то:
- Редька редьку искал...
Потом  увидели,  что в балагане пожар начинался, давай их ругать обоих. Федюнькин  отец  зверем  на  парнишку накинулся, чуть не поколотил, да дедко Ефим застоял:
-  Постыдился  бы  мальчонку  строжить! Без того он у тебя боится домой ходить.  Задразнили  да  загрызли парнишка. Да и какая его вина? Я, поди-ко, оставался,  -  с  меня  и  спрашивай, коли у тебя урон какой случился. Золу, видно,  из трубки высыпал с огоньком - вот и загорелось. Моя оплошка - мой и ответ.
Отчитал  так-то федюнькиного отца, потом и говорит парнишку, как никого из больших близко не было:
-  Эх, Тюньша, Тюньша! Смеется над нами Поскакушка. Другой раз случится увидеть,  так  ей  в  глаза  надо плюнуть. Пускай людей с пути не сбивает да насмех не ставит!
Федюнька свое заладил:
- Дедо, она не со зла. Филин ей вредит.
-  Твое  дело,  -  говорит Ефим, - а только я больше ямы бить не стану. Побаловался - и хватит. Немолодые мои годы - за Поскакушкой скакать.
Ну, разворчался старик, а Федюньке все Поскакушки жаль.
-  Ты,  дедо,  не  сердись  на  нее!  Вон она какая веселая да хорошая. Счастье бы нам открыла, кабы не филин.
Про филина дедко Ефим промолчал, а на Поскакушку все ворчит:
- То-то она счастье тебе открыла! Хоть домой не ходи!
Сколько ни ворчит дедко Ефим, а Федюнька свое:
- А как она, дедо, ловко пляшет!
-  Пляшет-то  ловко,  да  нам от этого не жарко - не холодно, и глядеть неохота.
- А я бы хоть сейчас поглядел! - вздохнул Федюнька. Потом и спрашивает: - А ты, дедо, отворотишься? И поглядеть тебе не любо?
-  Как  не  любо?  -  проговорился  дедко, да спохватился и давай опять строжить  Федюньку:  -  Ох  и  упорный  ты  парнишко!  Ох,  и упорный! Что в головенку  попало,  то  и  засело!  Будешь вот, что мое же дело, - всю жизнь мыкаться, за счастьем гоняться, а его, может, вовсе и нету.
- Как нету, коли я своими глазами видел.
- Ну, как знаешь, а я тебе не попутчик! Набегался. Ноги заболели.
Поспорили,  а дружбу вести не перестали. Дедко Ефим по работе сноровлял Федюньке,  показывал,  а в свободный час о всяких случаях рассказывал. Учил, значит,  как жить-то надо. И самые веселые у них те дни были, как они вдвоем на прииске оставались.
Зима  загнала  старателей  по  домам. Рассовал их приказчик до весны по работам,  куда  пришлось, а Федюнька по малолетству дома остался. Только ему дома-то  несладко.  Тут  еще новая беда пришла: отца на заводе покалечило. В больничную  казарму  его  унесли.  Ни  жив  ни  мертв  лежит. Мачеха и вовсе медведицей стала, - загрызла Федюньку. Терпел он, терпел, да и говорит:
- Пойду, нето, я к дедку Ефиму жить.
А мачехе что?
- Провались ты, - кричит, - хоть к Поскакушке своей.
Надел
тут
Федюня  пимишки,  шубейку-ветродуйку  покромкой  покрепче затянул.  Хотел  отцовскую  шапку  надеть,  да мачеха не дала. Натянул тогда свою, из которой давно вырос, и пошел.
На улице первым делом парнишки налетели, дразниться стали:
- Тюнька Поскакушка! Тюнька Поскакушка! Скажи про девчонку!
Федюня, знай, идет своей дорогой. Только и сказал:
- Эх вы! Несмысленыши!
Ребятам что-то стыдно стало. Они уж вовсе по-доброму спрашивают:
- Ты куда это?
- К дедку Ефиму.
- К Золотой редьке?
- Кому Редька - мне дедко.
- Далеко ведь! Еще заблудишься.
- Знаю, поди-ко, дорогу.
- Ну, замерзнешь. Вишь, стужа какая, а у тебя и рукавиц нет.
- Рукавиц нет, да руки есть, и рукава не отпали. Засуну руки в рукава - только и дела. Не догадались!
Ребятам  занятно  показалось,  как  Федюнька разговаривает, они и стали спрашивать по-хорошему:
- Тюньша! Ты, правда, Поскакушку в огне видел?
- И в огне видел, и в дыму видел. Может, еще где увижу, да рассказывать недосуг, - сказал Федюнька, да и зашагал дальше.
Дедко  Ефим то ли в Косом Броду, то ли в Северной жил. На самом выезде, сказывают,
избушка
стояла.  Еще  перед  окошком  сосна  бортевая  росла. Далеконько все ж таки, а время холодное - самая середина зимы. Подзамерз наш Федюнюшка.  Ну,  дошагал  все  ж таки. Только ему за дверную скобку взяться, вдруг слышит:
- Фи-т-ть! й-ю-ю-у...
Оглянулся  - на дороге снежок крутится, а в нем чуть метлесит клубочек, и похож тот клубочек на Поскакушку.
Побежал Федюня поближе разглядеть, а клубочек уж далеко. Федюня за ним, он  того дальше. Бежал-бежал за клубочком, да и забрался в незнакомое место. Глядит  -  пустоплесье  какое-то, а кругом лес густой. Посредине пустоплесья береза  старая,  будто  и  вовсе неживая. Снегу около нее намело гора-горой. Клубочек подкатился к этой березе да вокруг нее и кружится.
Федюнька  в  азарте-то  не  поглядел,  что тут и тропочки нет, полез по цельному снегу. "Столько, - думает, - бежал, неуж спятиться!"
Добрался-таки  до  березы,  а  клубочек  и  рассыпался.  Снеговой пылью Федюньке в глаза брызнул.
Чуть не заревел от обиды Федюнька. Вдруг у самой его ноги снег воронкой до земли протаял. Видит Федюнька, - на дне-то воронки Поскакушка. Веселенько поглядела,  усмехнулась  ласково, платочком махнула и пошла плясать, а снег- от  от нее бегом побежал. Где ей ножку поставить, там трава зеленая да цветы лесные.
Обошла  круг  -  тепло  Федюньке  стало, а Поскакушка шире да шире круг берет, сама подрастает, и полянка в снегу все больше да больше. На березе уж листочки зашумели. Поскакушка того больше старается, припевать стала:                 
У меня тепло!                 
У меня светло!                 
Красно летичко!
А  сама  волчком  да  волчком  -  сарафанчик  пузырем.  Когда  ростом с Федюнькой  выровнялась,  полянка  в  снегу  вовсе большая стала, а на березе птички запели.
Жарынь,  как  в самый горячий день летом. У Федюньки с носу пот каплет. Шапчонку  свою  Федюнька  давно снял, хотел и шубенку сбросить. Поскакушка и говорит:
-  Ты,  парень,  побереги  тепло-то!  Лучше  о  том  подумай, как назад выберешься!
Федюнька на это и отвечает:
- Сама завела - сама выведешь!
Девчонка смеется:
- Ловкий какой! А если мне недосуг?
- Найдешь время! Я подожду!
Девчонка тогда и говорит:
- Возьми-ко лучше лопатку. Она тебя в снегу согреет и домой выведет.
Поглядел Федюнька - у березы лопатка старая валяется. Изоржавела вся, и черенок расколотый. Взял Федюнька лопатку, а Поскакушка наказывает:
-  Гляди, из рук не выпусти! Крепче держи! Да дорогу-то примечай! Назад тебя лопата не поведет. А ведь придешь весной-то?
-  А  как же? Непременно прибежим с дедком Ефимом. Как весна - так мы и тут. Ты тоже приходи поплясать.
- Не время мне. Сам уж пляши, а дедко Ефим пусть притопывает!
- Какая у тебя работа?
-  Не  видишь? Зимой лето делаю да таких, как ты, работничков забавляю. Думаешь - легко?
Сама засмеялась, вернулась волчком и платочком махнула, как свистнула:
- Фи-т-ть! й-ю-ю-у...
И  девчонки  нет, и полянки нет, и береза стоит голым - голешенька, как неживая.  На  вершине  филин  сидит. Кричать - не кричит, а башкой ворочает. Вокруг березы снегу намело гора - горой. В снегу чуть не по горло провалился Федюнька и лопаткой на филина машет. От поскакушкина лета только и осталось, что черенок у Федюньки в руках вовсе теплый, даже горячий. А рукам тепло - и всему телу весело.
Потянула  тут  лопата  Федюньку  и  сразу  из  снега  выволокла. Сперва Федюнька  чуть  не  выпустил  лопату из рук, потом наловчился, и дело гладко пошло.  Где  пешком  за  лопатой  идет,  где  волоком  тащится.  Забавно это Федюньке, а приметки ставить не забывает. Это ему тоже легонько далось. Чуть подумает  засечку  сделать,  лопатка  сейчас  тюк-тюк,  - и две ровнешеньких зарубочки готовы.
Привела лопатка Федюню к деду Ефиму затемно. Старик уже на печь залез.
Обрадовался,  конечно,  стал спрашивать, как да что. Рассказал Федюнька про случай, а старик не верит. Тогда Федюнька и говорит:
- Посмотри вон лопатку-то! В сенках она поставлена.
Принес  дедко  Ефим  лопатку,  да  и  углядел  - по ржавчине-то золотые таракашки посажены. Целых шесть штук.
Тут дедко поверил маленько и спрашивает:
- А место найдешь?
- Как, - отвечает, - не найти, коли дорога замечена.
На другой день дедко Ефим раздобыл лыжи у знакомого охотника.
Сходили  честь-честью.  По  зарубкам-то ловко до места добрались. Вовсе повеселел  дедко Ефим. Сдал он золотых таракашков тайному купцу, и прожил ту зиму безбедно.
Как весна пришла, побежали к старой березе. Ну, и что? С первой лопатки такой  песок  пошел,  что хоть не промывай, а прямо руками золотины выбирай. Дедко Ефим даже поплясал на радостях.
Прихранить  богатство  не сумели, конечно. Федюнька - малолеток, а Ефим хоть старик, а тоже простота.
Народ  со  всех сторон кинулся. Потом, понятно, всех согнали начисто, и барин  за  себя  это место перевел. Недаром, видно, филин башкой-то ворочал. Все-таки дедко Ефим с Федюнькой хлебнули маленько из первого ковшичка. Годов с пяток в достатке пожили. Вспоминали Поскакушку.
- Еще бы показалась разок!
Ну,
не
случилось
больше.
А
прииск
тот  и  посейчас  зовется Поскакушинский.

Ключевые слова: дедко ефим, платочком махнула, тюнька поскакушка

 

Похожие сказки:

  • Аленушка и лиса
  • Муравей и голубь
  • Сказка про глупца
  • Царь и старик
  • Почему он пил до последней капли
  • Болтливая жена и умная старуха
  • Крестьянин и его куры
  • Все важно, но важнее всего ремесло
  • Турок, серб и цыган
  • Как белка замуж выходила
  • Петух и лиса
  • Почему заяц куцый
  • Белая змея
  • Пастушок
  • "у царя трояна козлиные уши!"
  • Напечатать

     

    Случайная
    сказка